Политика

«Почему нам не дают современное оружие? Западные специалисты прямо говорят — есть опасение, что через неделю окажется у РФ», — А. Кочетков

Кочетков

Политтехнолог и имиджмейкер Александр Кочетков записал блог с ошеломляющим заявлением относительно предательства военного руководства Украины, которое могло иметь место в 2014 году (https://youtu.be/coX0-5WqJ0Y). Речь идет о двух «гуманитарных коридорах»: том, который украинцы обеспечили движущейся из Славянска вооруженной колонне российского террориста Гиркина, и том, в котором россияне хладнокровно расстреляли сотни украинских добробатовцев и срочников ВСУ, выходящих из Иловайского окружения.

Мы расспросили Александра Кочеткова относительно оснований сделанных им выводов и так же – об актуальной повестке в геополитике и внутренних раскладах политической жизни страны на данный момент.

— Вы усматриваете не только связь между двумя «коридорами», но и злой умысел в действиях П. Порошенко, правильно ли вас поняли?

— Связь безусловная. Там были переговоры напрямую и никто, включая начальника Генштаба В. Муженко, этого не отрицает. Для меня очевидно, что мимо Верховного главнокомандующего П. Порошенко эти переговоры не прошли, он был обязан или участвовать, или санкционировать, и он полностью их контролировал. Так вот наше командование под Иловайском просило абсолютно того же, что было предоставлено Гиркину при выходе из Славянска.

Имиджевая составляющая деятельности Петра Алексеевича уступала только коммерческой. И ему хотелось получить взятие Славянска, который стал символом «русской весны». Причем, быстро, с минимальными потерями, чтобы имиджевой составляющей ничего не мешало. Поэтому пошел договорняк – о том, чтобы выпустить колонну из Славянска. Наши вооруженные силы спокойно, без единого выстрела туда заходят, и начинается пиар («Порошенко освободитель», и проч.).

При этом была понятийная, джентльменская, или офицерская, если хотите, договоренность о том, что войска Гиркина выходят с территории Украины и не будут принимать участия в боевых действиях. Вместо этого тысячи боевиков, прошедших ожесточенные бои, развернулись в другую сторону – взяли уже сдавшийся по факту Донецк и превратили его в укрепрайон, изменив ход военной кампании.

Несколько раз запретив военной авиации и артиллерии атаковать колонну Гиркина, наши рассчитывали на такую же «джентльменскую вежливость» и для себя – со стороны россиян, что они выпустят наших с оружием из Иловайска. С оружием – поскольку без оружия добробатовцы не могли выходить, ведь они могли попасть в плен к боевикам «ДНР» и обречь себя на страшную гибель в пытках. Гиркин выходил с оружием, и наши договорились с русскими, с тактическим командованием, которое руководило регулярами и боевиками, именно об этом (что будут выходить из Иловайска с оружием). Но потом от русских генералов поступило: либо складывайте оружие, либо все наши договоренности рухнули. То есть — мы все договоренности выполнили в ущерб себе, а россияне договоренности отбросили – в ущерб нам.

— Вы обладаете инсайдерской информацией, или же это гипотеза?

— У меня было достаточно много знакомых в ближайшем окружении Петра Алексеевича, да и с ним я неплохо знаком, ко мне стекается много информации, я много общался с военными, которые требовали, чтобы им разрешили открыть огонь по колонне Гиркина. И с теми, которые были на связи с Генштабом и требовали, чтобы им разрешили выходить из Иловайска, пока не захлопнулось окружение. Россияне сделали три линии обороны, через которую надо было прорываться с колоссальными потерями, и, понимая, что к этому все идет, наши запрашивали разрешение выйти — до того, как захлопнется третье кольцо. Мои знакомые общались непосредственно с Петром Порошенко, и слышали заверения, что у нас все под контролем — есть возможность выхода и прорыва, и есть силы, которые готовы в любой момент подключиться по его команде. Это не домыслы, а собранные воедино факты, и в том числе – результат работы парламентской комиссии, которая занималась расследованием, и собрала максимальное количество материалов, которые можно использовать. Это первое.

Второе – тот же Петр Алексеевич еще до выборов в узком кругу, который не является герметическим, высказывал достаточно разумные соображения о том, что одна из главных проблем – это не взять власть, а удержать ее. И главной угрозой являются те, кто готов защищать страну чуть ли не голыми руками и за свой счет: неподконтрольное добробатовское и волонтерское движение. И тогда же мелькали мысли – с кем-то можно договориться, заинтересовать, подтянуть под себя. А с кем-то придется поступать жестким образом.

Я в своем видеоблоге говорю, что он, когда действует как полководец, примеряет слишком большую треуголку Наполеона, поскольку тактическим и прочим военным мышлением не обладает. А заодно он примерял и слишком узкий френч Сталина, который сформулировал: есть человек – есть проблема, нет человека – нет проблемы. В Иловайске была использована такая возможность. Эта тема обсуждалась еще в Вене, где фактически шел договорняк о получении власти. Там Фирташ присутствовал не просто как один из олигархов, а как человек, который был в контакте с Россией. И поэтому после выборов Президента 2014 прозвучала позиция от С. Лаврова о том, что Порошенко – лучший выбор Украины. Для кого лучший? Понятно, что для РФ. В России так же считали проблемой своих добровольцев, и потому была сформулирована тема утилизации: главарей боевиков просто уничтожили. И здесь параллельность наводит на многие размышления. Наиболее идейные и закаленные попали в Иловайское окружение и без колоссальных потерь выйти не смогли.

— Есть популярная мысль о том, что автором похода на Иловайск был Геннадий Корбан. Вы не согласны?

— Ну добро бы, если б это были чисто добробаты, и какие-то люди договорились с их командирами… А сектор Д? А ВСУ с генералом Р. Хомчаком во главе? В армии возможны и бестолковость, и героизм, который ее прикрывает. Но армия действует по приказам. Приказы документируются. И устное распоряжение определенным образом оформляется. Есть все приказы на уровне Генштаба, которыми организовывали наступление на Иловайск. Поскольку в стратегии Порошенко это было ключевое место для охвата Донецка. Сделать в Иловайске опорный центр, дальше со стороны Дебальцево выдвигаются наши войска, смыкаются, и окружают Донецк. Это был элемент стратегической операции, поскольку Порошенко чувствовал себя наполеоном. Поэтому лично министр В. Гелетей обращался к командирам добробатов и призывал принять участие в Иловайской операции. Участие деятелей на уровне ОГА на стратегическую тему не могло повлиять.

У Порошенко был чисто бизнесовый подход: он собирался идти на переговоры с РФ, но хотел улучшить переговорные позиции. Если б мы окружили Донецк, переговоры пошли бы в ином ключе. Но вышло противоположное – Порошенко проиграл в Иловайске и Дебальцево, не контролировал границу и переговоры получились на российских условиях.

— Но если в случае с выходом Гиркина Порошенко был обманут, почему же после того как выяснилось, что колонна уходит не в сторону РФ, а на Донецк, по Гиркину не ударили?

— О том кто куда пойдет знали только на уровне руководства Генштаба. После того как первичная команда пошла не трогать, как потом ее отменять? Признаться, что договорняк существовал и что-то пошло не так? Да и зачем? Наши военные, как и любые чиновники, не хотят высовываться и огорчать вышестоящее начальство. Это надо было, чтобы начГенштаба сказал: «Петр Алексеевич, вас кидают». Что бы он получил в ответ? В армии проще выполнить неверную команду, чем менять ее по ходу. Вот и вышло: «Была команда выпустить Гиркина? Продолжаем выпускать».

— Выглядит это противоречиво: ведь, если Порошенко хотел вернуть Донецк… В этом же состояла цель Иловайской операции?

— Она состояла в фактическом окружении Донецка – раз. В перерезании транспортной магистрали между Донецком и Луганском, по которой шло снабжении боеприпасами – два. Нечто схожее со Славянском: перерезать все линии поставок в этот город и потом войти в него с минимумом стрельбы.

— И это не противоречит версии о том, что в больших потерях под Иловайском тоже был заинтересован Порошенко?

— Абсолютно нет. Когда добровольцы оказались в Иловайске, затянулось принятие решений о выходе из Иловайска на уровне первых лиц…

Вот когда мы из Дебальцевского окружения выходили, все-таки приняли решение о выходе, и в последний момент наши войска, хоть и бросив кучу техники (и в том числе контрбатарейные американские радары), но все-таки успели выскочить до того, как котел захлопнулся. А под Иловайском было иначе – там был затянут процесс принятия решений на уровне руководства страны.

— В переговорах о «зеленом коридоре» из Иловайска россияне несколько раз просили наших отложить выход, повременить, и в это время занимали выгодные позиции, чтобы максимально много расстрелять украинцев… А мы соглашались.

— Да.

— Со стороны россиян переговоры вел генерал Н. Богдановский. А кто вел переговоры с украинской стороны?

— Переговоры были многоуровневые. Выходили и на начГенштаба РФ В. Герасимова… Но я абсолютно убежден, что исходные переговоры были на уровне первого лица Украины и кого-то высокопоставленного в Кремле. Был исходный разговор на уровне первых лиц, а дальше разного уровня военные разговаривали о выходе на своем уровне. Число участников переговоров было немалым, но если начнется расследование с опросом свидетелей, их очень легко будет найти.

— Владимир Зеленский шел к власти с обещанием разобраться в Иловайской трагедии, но ничего не было сделано. Почему?

— Да там и делать-то ничего не надо, надо дать ход материалам парламентской комиссии. И дать оценку. Но тогда получится серьезный удар по военному руководству, в котором большая преемственность – Р. Хомчак, назначенный руководить Генштабом, из той же системы. И это бы точно противоречило договоренности с Западом — не трогать Порошенко по вопросам войны мира и Минских договоренностей. Если есть вопросы по коммерции, по финансам – окей, по экономическим можете. Но если начинать трогать Порошенко по вопросам войны, есть большая вероятность, что вылезет наружу куча неприятных закулисных договоренностей, и в том числе с Россией — неприятных для западных лидеров. Запад этого не хотел, соответственно и Зеленский побоялся проявить волю. Сейчас она у него есть, но, боюсь, момент упущен.

— Выходит, Запад — гарант безнаказанности Порошенко в части военных решений?

— Запад не может запрещать расследовать, но высказывает пожелания. И не Запад, а конкретные чиновники из Германии, Франции и США, которые принимали в этом участие — не заинтересованы. А решение за украинским руководством. Осмысленное и ответственное: идете против пожеланий, подумайте, как будете просить у нас очередной транш.

— Чиновники из США тоже подталкивали нас к капитуляции?

— Никто не хотел серьезной эскалации военных действий. Нашу сторону убеждали, что нас раздавят в течение недели, максимум двух, а Запад ничего не захочет делать. Запад и и.о Президента Турчинову, и Порошенко достаточно прозрачно говорил: мы не вмешиваемся, и не будем вмешиваться, даже если вас начнут уничтожать. При всей союзной и демократической риторике, в прямых телефонных звонках, о чем и до меня доходила информация – Запад отказывался вмешиваться в конфликт: если Россия попрет всей мощью, Запад будет выражать глубочайшую озабоченность.

— А на сегодня в этом плане что-то изменилось?

— В период Трампа изменилось, появилась более жесткая позиция, продиктованная интересами США. А сегодня имеем определенный откат к позиции, близкой к 2014 г. Европа хочет сотрудничать с РФ, т.е. цены на энергоносители лезут вверх и терять не очень приятного, но поставщика углеводородов Европе категорически не хочется. С другой стороны США хотят восстановить отношения с ЕС, разрушенные Трампом, и не мешают налаживать отношения с РФ за счет Украины. России нужно снижение санкций в высоко технологических отраслях, им нужен доступ к передовым технологиям, без которых они и добывать-то толком ничего не могут. А для снижения санкций нужен мирный процесс.

При этом Штаты готовы подсластить пилюлю. Там есть варианты прямых инвестиций в Украину при соблюдении условий защиты этих инвестиций (не болтовни об инвестиционных нянях, а реальной защиты), построения биржевого рынка, фондового рынка, и принятия определенных решений. Они готовы сгладить ситуацию. Но не брать на себя решения.

— Исходя из сказанного, к чему готовиться? Увеличилась граница с агрессором за счет Беларуси, снова у наших границ идут учения. И если Д. Байден делает откат, мы можем оказаться в противостоянии один на один?

— И раньше в любой момент с территории Беларуси могла произойти эскалация. И под эгидой совместных маневров, которые происходили, они всегда могли накопить достаточно сил. У нас не прикрыто это направление, слабо прикрыто направление со стороны Крыма, практически не прикрыта возможная агрессия со стороны Азовского моря, так что не имеет значения — граница с Беларусью больше или меньше. То, что нас никто не собирается защищать — эта истина к концу третьего года правления начинает доходить до нашего руководства. Наши проблемы за нас никто решать не будет – вот открытие! А если и будет чуть-чуть, то за огромнейшие, серьезнейшие уступки со стороны Украины, которые Украине совершенно не полезны.

Надо комбинацию на геополитической доске выстраивать так, чтобы она была выгодна для нас. В НАТО нас не ждут потому, что мы из другого мира. Начиная с демократических норм построения армии. В натовской армии боец имеет право не только погибнуть во славу Родины (как в советской армии), он еще имеет кучу прав. Например, на нормальный досуг после несения воинской службы. О чем у нас не задумываются. Немногое у нас изменилось с тех времен, когда главным досугом солдата было посещение ленинской комнаты…

Так вот – в НАТО нас не ждут, но выстраивать ситуацию с учетом НАТО нам никто не запрещает.

— Насколько вероятно полномасштабное российское вторжение, и когда оно может произойти?

— С учетом той идеологии, которая существует в РФ, такая угроза существует всегда. И она настолько велика, что ее надо учитывать во всех наших геополитических размышлениях. Это нависающий над нами карниз. Но если говорить о настоящем, сейчас одна из минимальных точек. И вот почему: заливать население одной лишь пропагандой не удается, России тоже нужны деньги. И, в отличие от нас, к сожалению, там мыслят куда более стратегически. Они не просто природный газ в Европу поставляют, они делали «Северный поток-2» таким образом, чтобы по нему можно было в будущем поставлять водород. А Европа собирается переходить на безуглеродные технологии, водород можно производить на российской территории с помощью атомных станций. И россиянам чрезвычайно важно затащить Европу в эту схему. «Северный поток» достроен, но вряд ли до 2022 года будет принят в эксплуатацию и по нему пойдет коммерческий газ. Им сейчас важно не спугнуть ситуацию, которую выстраивали не один десяток лет. И если они попрут на нас, они испортят эту ситуацию, похоронят вложенные в строительство средства.

С другой стороны – им и нападать на нас не нужно, мы, к сожалению, продолжаем разваливать страну в лучших традициях Петра Алексеевича, который затеял противостояние одной части общества другой его части. Плюс разваливающаяся экономика. Я посмотрел параметры госбюджета – у нас там рост на 4 %, а инфляция – 6%: инфляция съедает рост, который просто нарисован за счет повышения цен. Из-за рекордных уровней цены газа на европейских биржах необходимо до 40 млрд. дотаций, чтобы продавать газ по цене, по которой правительство обещало продавать украинцам. Откуда их взять? И коррупционная составляющая не уменьшилась. Так что мы можем сами себя доконать, и тогда единственная, кто «протянет руку помощи» – РФ. Ведь в чем суть «присоединения» Беларуси? Россия и раньше дотировала РБ скрытым образом — закупая не очень нужные ей товары по повышенным ценам и поставляя энергоресурсы по пониженным. А теперь они будут дотировать меньше, но открыто. И на тех же условиях РФ готова подтягивать Украину под себя – требуя взамен отказа от суверенитета во внешнеполитических, внешнеэкономических вопросах и в обороне.

То есть – угроза российского вторжения маловероятна, но не потому, что мы сильны. Мы можем усилить нашу обороноспособность за счет непрямого взаимодействия со странами НАТО: постоянные маневры, размещение баз… Нахождение военнослужащих стран НАТО здесь, у нас увеличит обороноспособность в том смысле, что если пострадает хотя б один военнослужащий страны НАТО, НАТО придется реагировать. А с другой стороны надо становиться выгодными: за спецоперациями (вытаскивать афганцев непонятно откуда) ведь к нам обращаются? Так давайте нашу организацию ведения боя подтянем к стандартам НАТО. Украинцы великолепные бойцы, а вот с технологическим оснащением у нас слабо.

— Как вы оцениваете обнадеживающую новость о том, что нам могут предоставить «Железный купол»?

— Эта новость из разряда: под руководством В. Зеленского украинцы могут обрести бессмертие. А могут и не обрести… Как США могут предоставить оружие разработки Израиля, переданное им на определенных условиях? Каким образом можно обойти международные нормы? Если бы мы обратились к Израилю с просьбой закупить… Тогда тоже возникает вопрос: насколько Израиль хотел бы, чтобы такая технология оказалась в руках у России? Ведь почему нам боятся предоставлять современное вооружение. Западные специалисты прямо говорят, что есть опаска, что через неделю это вооружение окажется у РФ.

— Из-за предательства? Из-за коррумпированности руководства?

— Мы можем контролировать кого угодно, кроме своих «прапорщиков» – тут со времен СССР ничего не изменилось. На шахматной доске есть разные фигуры, но эта ходит куда хочет и берет что хочет.

Проблема российской агентуры тоже существует – из-за того, что ее никто не хочет решать. Ибо решать должны те, кто во многом являются элементами этой агентуры. Но я не могу отрицать и единых культурных корней генералитета ВСУ (учились вместе, воевали вместе в Афгане)… Куча фактов, когда в районе передовой перезванивались и поздравляли друг друга с днями рождения детей и жен. Из пришедших в армию за период Независимости таких значительно меньше. И еще – при условии бедности страны, бедности военных мы не решим проблему вражеской агентуры (бедных можно купить за сравнительно небольшую сумму).

— Уже началась подготовка к следующим выборам? Как вы думаете – есть шанс, что появится какое-то новое лицо на политической сцене?

— Выборы у нас не заканчиваются никогда и проигравшие в 2019 г. немедленно начали подготовку. А эта осень станет достаточно горячей именно из-за раскачки ситуации. Раскачивать ситуацию ради смены неэффективной власти – это нормальная политическая деятельность оппозиции. Другое дело, что у нас не знают меры и все переходит в крайности.

Сначала надо разобраться с вариантом досрочных выборов. Поскольку в ОП отложили на 2022 год идею проведения досрочных президентских выборов – при условии, что рейтинг В. Зеленского будет позволять ему безопасно победить и скостить те 3 года, пока он учился быть Президентом – т.е., дать ему возможность начать с нуля. Там еще не отбросили эту идею, которую думали провернуть в конце 2021го…

Что касается срочных выборов, на сегодня ситуация такова, что на срочных В. Зеленский вполне может победить опять. У него сложилось электоральное ядро: пенсионеры и молодежь, люди, склонные голосовать сердцем, на уровне эмоций.

— А что вы думаете о запросе на обновление элит?

— У нас запрос общества с изрядной примесью абсурда: избиратели хотят новые лица. Не запятнанные ни в каких коррупционных делишках, не бывшие во власти, но при этом с опытом управления, высоко профессиональные, умеющие управлять страной. Как это совместить? Наиболее приближенное к социальному запросу лицо – это Д. Разумков.

Сейчас старыми элитами рассматривается вариант «мягкой хунты»: Президент Зеленский остается и занимается своим любимым профессиональным делом – зачитывает тексты, написанные не им, а к власти приходят политики старой формации, которые занимаются управлением. А второй вариант – подыгрывание Зеленскому, проведение парламентских перевыборов и составление нового конституционного большинства под эгидой «президента мира». Это будет часть из «слуг народа» — человек 150, плюс часть депутатов, которых С. Лёвочкин заведет (тех, которые тяготели к «русскому миру» и разочаровались в Зеленском).

Новых-то лиц — полно, но общество не интересуется реально новыми и не пытается вкладываться в них, дотировать новых политиков. В условиях, когда все медиа контролируются старыми и новыми олигархами, появление нового политика стремится к нулю.

— Кто такие новые олигархи?

— Новые олигархи это люди, сколотившие сумасшедшие кешевые состояния без отягощений — в виде кредитов и обязательств, без производств с рабочими и тд.. Это бывшие и нынешние чиновники, которые могут использовать в своих интересах любого и платить любому — кому угодно, кто их заинтересует. Поставят на любого с перспективой на выигрыш, кто позволит им сохранить нынешнюю систему и сохраниться самим в этой политической системе.

— Полагаете, не произойдет у нас обещанной деолигархизации?

— То, что проводит В. Зеленский, никого не пугает. Там идет борьба с персоналиями: убираем этих, а вместо них появляются новые. Пока не меняем систему власти, пока не пытаемся искоренять сис-те-му, а не конкретных людей, у нас ничего не произойдет. К сожалению, власть у нас или не понимает — как подойти к системе, или придуривается и изображает дилетантов, не желая делать инвентаризацию и аудит общественного достояния, и заниматься всеми ключевыми вопросами, которые реально перекроют доступ чиновников к бюджету, доступ к личному обогащению. К сожалению, все эти вещи не находят поддержки у нашей власти, какой бы она ни была. И революция — куда более вероятный путь: мягкая, или в виде майдана, электоральная революция (вынужденные выборы), протестная, любая активная, стремительная форма — она ближе к смене власти.

Главное – нам надо менять модель власти. Нам нужен постоянный контроль общества за тем, что делает власть. А не контроль раз в 5 лет. Но, к сожалению, пока нам втюхивают одно, а, дорвавшись до власти, в реальности делают другое: меняются лица, а подходы не меняются. Подходы надо менять.

Видеоверсия тут: https://youtu.be/R8UKUOAiN4g

Сrime History UA

You may also like

Comments are closed.